Крупнейшая конная лава в истории Великой Отечественной войны – знаменитая «атака под Кущевской».
2 августа 1942 года состоялась знаменитая Кущевская атака — бой казачьих военных частей Красной армии против наступающих частей вооружённых сил нацистской Германии. Сражение произошло у станицы Кущёвской Краснодарского края. Одна из последних в мировой истории кавалерийских контратак в плотном верховом строю (атака “лавой”). Кущевская атака, один из ярких примеров боевой славы кубанского казачества в годы Великой Отечественной, пример массового героизма воинов 17-го Кубанского казачьего кавалерийского корпуса.
После оккупации Ростова на Дону и форсирования Дона, в конце июля - начале августа 1942 года ситуация на Южном фронте была критической. Немецкие войска, практически не встречая сопротивления, продвигались вглубь Кубани, прорываясь к нефти Кавказа. Наступление на Кавказ, преследовавшее стратегические для немцев цели, шло полным ходом. 17-я немецкая армия развернула наступление по кубанской степи. Советским войскам была поставлена задача любыми средствами остановить наступление противника. 30 июля 1942 года горнострелковый разведывательный отряд, шедший во главе 4-й горнострелковой дивизии вермахта, вышел к реке Ея западнее большой казачьей станицы Кущёвской, где и произошли известные события. Немецкое командование решило использовать плацдарм у Кущёвской, удерживаемый соединениями 73-й и 125-й пехотных дивизий, для дальнейшего развития атаки.
Заняв оборону на берегу реки в районе станиц Кущевская, Шкуринская, Канеловская, две донские и две кубанские дивизии преградили путь катившейся к Кавказу фашистской лавине. 17-й кавалерийский корпус генерала Н.Я. Кириченко в составе 12-й и 13-й Кубанских, 15-й и 116-й Донской казачьих дивизий задержал наступление немцев на три дня.
2 августа 1942 года казаки 13-й Кубанской дивизии в конном строю атаковали немецкие войска у Кущёвской. Бой длился три-четыре часа…
Для начала казаки сосредоточилась среди полей неубранной кукурузы и подсолнухов; затем, развернувшись в кавалерийскую лаву шириной полтора-два километра, 29-й Адыгейский и 32-й Курганинский полки пошли в атаку при поддержке артиллерии и танков.
Один из ее участников - Я. П. Сторчак вспоминает: «Внезапно ударила наша артиллерия, мы ринулись в бой, не думая ни о чем, чувствовали только ненависть к фашистам и желание победить. Гитлеровцы пришли в себя с опозданием. Мы уже почти сошлись. Снаряды начали вырывать из наших рядов людей и лошадей. Мы разозлились и ринулись на немцев, они стали отступать».
Казаки врубились в немецкие порядки, прорвались через оборонительные позиции, после чего вступили в затяжной бой с гитлеровцами в самой станице Кущевской. Немцы опешили. Они и до этого были наслышаны про казаков, но под Кущевской увидели их во всей красе.
Любой военный теоретик скажет: конник против танка — погибший конник... Но казаки, нашли способ борьбы с бронированной техникой. Казак, активно маневрируя, чтобы не быть срезанным из пулемета, подлетал на коне к танку и ... спешивался прямо на броню. А потом разбивал над решеткой двигателя бутылку «молотовской жидкости» и прыгал в траву, предоставляя танкистам «морочиться» с запылавшей машиной. Как правило, подстрелить отважного кавалериста немцы не успевали...
В ходе последующего боя за Кущевскую, который длился несколько часов, она несколько раз переходила из рук в руки. Но, в конечном итоге, понеся значительные потери и не получив поддержки от соседних частей, части 17-го кавалерийского корпуса отошли на позиции, которые занимали перед атакой.
Из воспоминаний ветерана Кубанского казачьего кавалерийского корпуса гвардии казака Ефима Ивановича Мостового: «День мне этот не забыть. Да и как забудешь свое боевое крещение! 2-е августа, 42-й.
Погас клинок зари, и сразу навалилась духота. В выгоревшем от жары небе начинает нещадно палить солнце. Стоим в конном строю, лошадь подо мной неспокойна, наверное, мое состояние передается и ей. Перед строем - наш командир полка майор Поливодов.
- Говорить много не буду, товарищи казаки, - в седле он как влитый, конь его тоже не дрогнет. - Генерал нам все сказал. Николай Яковлевич Кириченко прошлым днем объехал, обошел весь наш корпус. Он был тоже немногословный с нами, но речь короткую его я запомнил навсегда.
- Перед нами отборные вояки Гитлера. Горно-стрелковая дивизия «Эдельвейс» с приданными частями СС. Красиво, гады, назвали себя, да только в их поганых, кровавых руках любой цветок умирает. Остановить их не могут. От безнаказанности обнаглели, своей кровью еще ни разу не умывались. Вот мы их и умоем. Кроме нас - некому. На фронте паника. Ну а мы же казаки. Покажем этой сволочи, что наши степи - это им не Елисейские поля.»
После того боя меж собой казаки так говорили: мол, Мамаю давным-давно на Руси Мамаево побоище устроили, а мы Гитлеру теперь - Кущевское. Кавалерийская рубка, конечно, вещь жестокая, да на то и война.
А о сражении под Кущевкой молва по всем фронтам разнеслась. Газеты писали, Левитан в сводках Совинформбюро рассказывал. А Верховный Главнокомандующий сам лично директиву составил, которая обязывала ознакомиться с боевым опытом казаков каждого, кто держит в руках оружие, учиться побеждать на образце казаков генерала Кириченко. Мы, казаки, были, выходит, выбраны как эталон воина в тяжелую годину для Родины - честь, которой не удостаивался до этого ни один другой род войск в нашей Красной Армии.
З августа под станицей Шкуринской найден был убитый немецкий обер-лейтенант. При эсэсовце был планшет, а в нем — потрепанная тетрадка с дневниковыми записями. Немец успел поделиться с миром впечатлениями о конной атаке: «Перед нами встали какие-то казаки. Это черти, а не солдаты. И кони у них стальные. Живыми нам отсюда не выбраться»
А вот мнение итальянского офицера, принимавшего участие в том бою:
«Одно воспоминание о казачьей атаке повергает меня в ужас и заставляет дрожать. По ночам меня преследуют кошмары. Казаки — это вихрь, который сметает на своем пути все препятствия и преграды. Мы боимся казаков, как возмездия всевышнего».
Адольф Гитлер по итогам боев на рубеже, который по его мнению немецкие войска должны были пройти за несколько часов, направил разъярённую радиограмму генералу - фельдмаршалу Вильгельму Лист: «…если повторится еще одна Кущевка, не научитесь воевать, прошагаете в штрафной роте через Кавказские горы».
Ну а войну Кубанский казачий корпус закончил под Прагой. Казаки поили своих коней из Влтавы и говорил: «река хорошая, большая, хотя, конечно, куда ей до нашей красавицы-Кубани».
Подготовлено ведущим библиотекарем сектора краеведения
Центральной библиотеки г. Анапа Д.С. Селеменевым
![](/_nw/14/s12669312.jpg)
![](/_nw/14/s76855817.jpg)
![](/_nw/14/s51156449.jpg) |