Позывной «Черкес»

     21 октября 1975 года в Орске, среди уральских ветров и заводского дыма, родился мальчик, которому суждено было стать щитом для других. Расти ему пришлось без отца — но с матерью, чьё сердце билось в такт его шагам. Уже в детстве он умел чинить трубы, колоть дрова и защищать слабых. В школе пел в хоре — чистым, звонким голосом, будто предчувствовал: однажды его песня станет молчаливой молитвой для тех, кого он спасёт.
    А ещё он читал газеты. Однажды — историю о щенке без лапы. Плакал. Умолял. Принёс домой. Собака потом годами встречала его у автобусной остановки — как будто знала: этот человек — не просто хозяин. Он — спасение.
В 1993-м его призвали в армию. Не в тыл, не в казармы, а на самые опасные участки границы: в пограничные войска в Забайкалье и Таджикистане, участвовал в боевых действиях на таджико-афганской границе. Там, где каждый шаг — риск, а каждое дыхание — подвиг. Но по-настоящему боевой путь начался в 1997 году — когда он надел форму подразделения «Вымпел».
     Позывной «Черкес» выбрал сам — за любовь к Кавказу. Он освоил всё: прыжки с «крылом», спуск с зависшего вертолёта, разминирование в темноте, стрельбу вслепую. Был лучшим стрелком. Лучшим разведчиком. И всегда — первым в бою.
    В Чечне он шёл в головном дозоре. Когда Ми-8 рухнул в «зелёнку», он бежал сквозь сумерки и страх — и вытаскивал раненых из обломков. Когда пилота зажало кабиной, Андрей рубил деревья, ставил рычаги, не давая боли взять верх. Потом — БМП, трос, крик боли… и спасение. За это — медаль «За спасение погибающих». За другое — медаль Суворова. За третье — Орден «За заслуги перед Отечеством».
      Но дома он говорил матери:
— Я с документами работаю.
Она верила. Потому что он умел беречь её покой, как берёг жизни других.
В 2001 году у него родился сын. В глазах Андрея — свет будущего. Он мечтал: рыбалка, дача, первые шаги малыша… Но судьба зовёт не тогда, когда удобно, а когда нужно.
В 2002-м — театр на Дубровке. Газ, террор, сотни жизней на волоске. Андрей — в эпицентре. Он выносит без сознания женщин, детей, стариков — одного за другим.

    И вот — 1 сентября 2004 года. Беслан.
По телевизору — кошмар. Школа. Гранаты на баскетбольных кольцах. Дети в спортзале. Валентина Ивановна смотрит новости, дрожа. Она ещё не знает: её сын — там. Ведь накануне он сказал:
— Едем в Сочи отдыхать.
   Но в тот же вечер, узнав о захвате, он написал рапорт, отменил отпуск и вылетел в Беслан.
Уже раненый он идёт в столовую школы №1, впереди группы, лицо — как высечено из камня. Боевик бросает гранату в толпу заложников. Кричит: «Аллах Акбар!»
Андрей не думает. Он действует.
Он бросается вперед — закрывает ее собой. Дети — живы.
Среди них — Надя Бадоева. Она помнит:
— Солдат прыгнул… и всё стало тише.
Через несколько дней она узнает имя того, кто подарил ей жизнь.

Андрей Туркин
     6 сентября 2004 года Указом Президента он стал Героем Российской Федерации. Звезду Героя №830 вручили вдове Наталье. Она тогда носила под сердцем второго сына. Назвала его Андреем.
   Андрей не вернулся из боя. Но он остался — в каждом вздохе спасённого ребёнка, в каждом утре над бесланской школой и в каждой молитве его мамы, Валентины Ивановны, которая до сих пор живёт в Анапе, глядит на море… и ждёт сына, как будто он просто задержался на задании.

Подготовлено заведующим сектором краеведения
Центральной библиотеки города Анапа И. Ю. Бондаренко